«В память вечную будет праведник»

Он появился во Владимирском соборе в 1999 году, как старый знакомый отца Святослава, и сразу обратил на себя внимание. Чудаковатый седой старичок в очках с большой седой бородой красиво запел басом на клиросе, и хор сразу зазвучал по-другому, более органично, пение стало по-настоящему церковным, уже не терзало слух, но проникало в самое сердце.

Падусенко Виктор Семёнович
(07. 11. 1936 – 12. 07. 2017)

Он был очень строг ко всему, что касалось Веры, богослужения, церковного пения и чтения, но очень доброжелателен к людям. Он покорил всех своей улыбкой, смешинкой в глазах, мягким юмором, энциклопедическими знаниями и острым умом.

Виктор Семёнович в послевоенные годы закончил Киевскую семинарию. Обладая красивым басом и тонким слухом, он нёс послушание в хорах Киево-Печерской лавры. В то время там ещё пели выходцы из царской Санкт-Петербургской капеллы, спасавшиеся в лавре от преследований в первые годы безбожной власти. Тогда там сплелись воедино две традиции церковного пения: Санкт-Петербургская и Киевская. Этот синтез, эту певческую культуру и воспринял молодой талантливый семинарист, пронеся её через всю жизнь.

После войны в Санкт-Петербурге открылась Духовная академия. Там Виктор Семёнович продолжил своё обучение. Его научной работой была расшифровка древнерусской крюковой нотной записи и переложение её на современную нотную систему. Его ждала блестящая церковная карьера, но от него потребовали подписать бумаги о лояльности к советской власти. Виктор Семёнович решительно отказался ставить свою подпись. Не мог и не хотел он быть лояльным к безбожию. Этого поступка власть ему не простила. От арестов он сумел уклониться, но получить духовный сан, заниматься научной работой уже не смог. Виктор Семёнович работал сварщиком. Поёт в Троицком, Николо-Богоявленском соборах. Собирает книги, много читает, пишет, но ничего не публикует.

После смерти супруги Виктор Семёнович переезжает в Кронштадт и полностью посвящает себя хору Владимирского собора. Он учит наш молодой хор церковной хоровой традиции, пониманию места и значения пения в богослужении, раскрывает смысл исполняемых произведений в контексте церковной службы. Как сделать так, чтобы хор не звучал сам по себе, а органически связывал всех участников общей молитвы. Как этого достигнуть? На этот и многие подобные вопросы у Виктора Семёновича были ответы, основанные на многолетнем опыте и глубоком знании и понимании богослужения. И он всем этим щедро делился.

«Проклят всяк, творящий дело Божие с небрежением» – часто цитировал Виктор Семёнович пророка Иеремию. Никогда он не допускал небрежности в церковном пении и требовал этого от всех певчих. Так и прожил всю свою жизнь, с 15 лет до последних дней славя в Церкви Святую Троицу, передав напоследок и нам это служение. Виктор Семенович своей деятельностью связал нас с царской дореволюционной школой церковного пения, которую сам воспринял в молодости от своих учителей, бережно сохранил и передал нашему приходу. «Восхвалю Господа в животе моем, пою Богу моему, дондеже есмь» –- одна строчка из 145 псалма, выразив смысл и цель жизни раба Божиего Виктора, роднит его с царём Давидом, певшими превозносившим Бога.

Отпевали в субботу, после заупокойной литургии, на которой мы в последний раз молились с усопшим. Провожали в последний путь всем Храмом. Тело Виктора Семеновича упокоилось на Кронштадтском кладбище с северной стороны Свято-Троицкой церкви. Вечная память!

Александр ШЕИН